НОВАЯ ВЕРСИЯ САЙТА
Главная страница
ГАЛЕРЕЯ
В Омском государственном историко-краеведческом музее выставка «Образ Богоматери в иконах XVI - начала XX веков из собрания Государственного исторического музея (г. Москва)».

смотреть полностью...

Стратегия государственной антинаркотической политики РФ
Стратегия государственной антинаркотической политики РФ
Орфография
о
к
т
я
б
р
ь
-
2
0
1
0

644099, г. Омск, ул. Гагарина, 22. 





Журнал "Омск театральный", октябрь 2010

:: Содержание






Георгий КОТОВ: «Что жизнь моя – без оперетты?»



Виктория Луговская:
– К назначенному часу спешу в Музыкальный театр на свидание с Георгием Валерьяновичем Котовым. Славный день! Торжествует в своей прощальной красе октябрь. Для приятности встречи учу-повторяю стихотворение «Благословенная осень», написанное им уже давно. Вершатся круги жизни нашей, и именно в осенние дни у народного артиста России свои особые даты и юбилеи. Как, например, нынче – 70 лет со дня рождения! И 40 лет – на омской сцене… Хороший повод для добрых воспоминаний…

Вижу – Котов уже ждёт меня у служебного входа, как всегда, с лукавством в глазах и с улыбкой на устах. И в это мгновение на небосвод выкатилось солнце, словно специально для того, чтобы он, раскинув руки, весело выкрикнул свой девиз: «Сиять – и никаких гвоздей! Вот лозунг мой и солнца!»
И ведь всё точно и справедливо! «Легенда омской сцены», «Легенда Омска» – это не просто красивые слова, а почётные звания за то, что он умеет дарить своим зрителям и своим друзьям радость! Такой у него характер и такой талант – оптимистический, солнечный…
А осень и впрямь «благословенна» – так и просится в стихи. Как там, у нашего артиста?









Последний лист,
Кружась, слетает вниз,
Стесняясь наготы,
Краснеет куст рябины,
И ветер-озорник, шаливший близ,
С ветвей срывает нити паутины…
А в небесах такая синева,
И высь такая без конца и края,
Что кружится, как в хмеле, голова,
И слёзы от восторга подступают…

Двадцать лет назад, когда Котову стукнул «полтинник», он сам подарил мне заголовок для газетной публикации о нём – «Что жизнь моя – без оперетты?» Напоминаю об этом Георгию Валерьяновичу.

– Добавлю – и без зрителей! Артист и зритель – вот сердец союз! Как же летят годы! Ты понимаешь… какая сложная штука получается – душа сдаваться не желает! Какой же я буду сегодня Бони в «Сильве»! Мне и любимый Василий Тёркин уже не по годам, как ни гримируйся! Любви, конечно, «все возрасты покорны», но пора, пора тебе, Егор, и честь знать. Я и знаю – других ролей пока ещё хватает!

– Обижаться грех, правда, господин народный артист? Более 200 ролей! И более 30 спектаклей, которые поставлены Котовым!

– Мне часто везло. Хотел сыграть в «Чёрном драконе» героя по фамилии Трепло – сыграл! Мечтал о Левше – сыграл. Про Тёркина вообще не говорю!.. А князь К. в «Забывчивом женихе»!.. Как мне тебе объяснить, что такое счастье… Да, успех, да, аплодисменты, да, признание, а внутри то горечь до слёз, то гордость, то нежность… Словом, профессия артиста очень подходящая для меня!

– Но в юности был железнодорожный техникум, тоже неплохое дело для мужчины!

– Генная «инженерия» – великая тайна. Тогда требовались инженеры, в споре «физиков» и «лириков» часто побеждали люди с технической жилкой. Это было время великих строек! Но в техникуме был драмкружок! И вообще я на сцену вышел мальчишкой – виноваты родители. А кто ж ещё!

– И вместо великих строек коммунизма Котов рванул в Москву и поступил в ГИТИС…

– Случайно. Сдал документы в три театральных училища. Подыграл товарищу. Спел «Из-за острова на стрежень», один в двух лицах изобразил Фому и Филиппа из «Вольного ветра»! Так обручился с «легкомысленной музой» – опереттой. Но все годы жила в душе, признаюсь, зверская тоска по драме!

– Это же слова о тебе: «Он был рождён, конечно же, для драмы, но в Оренбурге, городе родном, к ней подходил, как верующий к храму, и помышлять не думал об ином…»

– Не будем сыпать соль на раны. Спектакли в музыкальном театре дают возможность быть и драматическим артистом. Но судьба вела своим путём. Бабушка, София Ивановна Котова, – актриса Одесского музыкального театра, с одной стороны, а с другой – снималась в немом кино. Мама – солистка Оренбургского театра музыкальной комедии. А по мужской линии: дед – офицер русской армии, две войны прошёл – русско-японскую, первую империалистическую, его петлюровцы расстреляли. А отец, Валерьян Иванович, страстно влюбился в артистку цирка, даже из дому сбежал. Акробат, конник! В цирковой группе. Лошадей любил! Я тоже люблю лошадей…

– И собак… Ну вот – сразу растаял, расцвёл, сентиментальный человек…

– Мне по долгу службы положено быть сентиментальным… «И долго буду тем любезен я народу, что чувства добрые я лирой пробуждал…» А иначе – зачем быть актёром? Зачем оперетта? Зачем вообще театр? Да, мне многое сегодня не нравится в кино, на сцене. Резко понизилась планка нравственности. Пошлость, мордобой, кровавые разборки!.. Чему учим? Какие семена сеем? Какой урожай вызреет от таких зёрен?

– Но в репертуарном листе артиста Котова немало отрицательных персонажей. На них часто и созидается комедийная атмосфера спектакля. А уж ты, Георгий Валерьянович, подурачиться горазд!

– Это факт. Мне нравится разнообразие моих персонажей. И фрачные герои в опереттах Штрауса, Кальмана, Легара, и простодушно-мудрый Левша, и страдающие от одиночества и неприкаянности старики, будь то Менелай в «Прекрасной Елене» Оффенбаха или доживающий свой век князь К. в «Забывчивом женихе» Казенина… Смеяться, право, не грешно, но добро должно побеждать зло. Мне вообще грех жаловаться на творческую судьбу, я – счастливый человек!

– Ну-ка, дайте полюбоваться счастливым человеком! И что же, есть какой-то секрет счастья – «Котовский»?

– Ничего нового не открою. Мне везёт на хороших людей. И простых – по обыденной жизни. И ярких, талантливых мастеров нашего искусства. В ГИТИСе учился у Иосифа Туманова, потом – у Андрея Гончарова. Школа мастерства, конечно! Но ещё и уроки порядочности, человечности, высоты профессии! Моей партнёршей часто бывала прелестная Лариса Голубкина – какой актрисой она стала, а! Подавал надежды Леонид Броневой – и оправдал!

А ещё был у нас в ГИТИСе Педагог! Интеллигентнейший, умнейший, обаятельный, артистичный! Игорь Борисович Дюшен. Он влюбил меня в зарубежную литературу. Он стал вообще примером красивой судьбы. Я уже не говорю о женской половине курса – все обожали Дюшена!

– Оренбург – Москва – Оренбург. Логично. Что ни говори, «малая родина», родительский дом. А Омск – это как? Была причина? Или появилась «охота к перемене мест»?

– ЧП! Я мог поехать в Киев, в Екатеринбург, мог остаться в Москве – после ГИТИСа. Но мы дружной командой (четверть курса, 16 человек) – в Оренбург! Режиссёр театра оказался неугодным или неудобным тамошним властям. И в знак протеста, как бы защищая его, мы вместе с ним уволились. А жить-то надо! Мама вспомнила про директора Омской музкомедии Снегова: «Позвони!» Я и позвонил. Так мы с женой попали в Омск.

– В оперетте «Сильва» отец Эдвина, аристократ, узнаёт, что его жена… бывшая шансонетка! О, ужас! О, кошмар! Можно и посмеяться… А в жизни – любить и обожать артистку оперетты Ольгу Михайловну Бржезинскую, которая терпит искромётный не только в театре, но и дома характер Котова. Да?

– «Без женщин жить нельзя на свете, нет. Вы – наше счастье, как сказал поэт…» И это – правда. Нам «детектор лжи» не нужен. Она мудра, она из театра! Правда, меня считает «пацаном». Да, я люблю рассмешить компанию друзей, чтобы они падали от смеха, люблю смех зрительного зала. Очень! Умными людьми давно сказано, что, смеясь, человечество учится на своих ошибках. Мы же такие разные! И мои персонажи то нелепы, то нагловаты, то вынуждены носить маску комика. И Бони, и Трепло, и Мишка Япончик, и Бабс Баберлей, и папаша Дулитл, и Василий Тёркин – интереснейшие типажи, если актёр найдёт краски для портрета, ключик подберёт. Патетика и буффонада, гротеск и жизненная достоверность – всё сгодится!..

– Сколько лет на «бис» шёл ваш номер из оперетты «Женихи» Дунаевского с блистательной Надеждой Блохиной!..

– В ряду тех Личностей, к которым я – со всем моим почтением, – Наденька. Кто придумал, что нет незаменимых людей? Кто знает Блохину? Никто! В академическом театре драмы много талантливых актёров, но – не Ожигова Танечка, но – не Чоник… Такой огранки талант «есть чудо не случайное…» Между прочим, сколько лет мы собирались с тобой «блеснуть» с номером из «Женихов» в Доме актёра? Артур Хайкин, замечательный режиссёр, что сказал? «По тебе плачет оперетта»…

– А по тебе – драма…

– Ну, я нашёл средство от своей тоски по драме. Это – режиссура! Но моё актёрское дело – на виду, а режиссура вроде как не то для Котова. В тонкости режиссуры зритель не вникает, ему образ подавай! Посмотрим сводную афишу нашего театра – что увидим? Уже более сорока спектаклей на моём счету. И в Омске, и в других городах. Список получается – «Девичий переполох», «Лгунья», «Ну, волк… молодец!», «Брак по-американски», «Дамы и гусары», «Барышня-крестьянка»… И так далее! Попробуй разберись, что важнее, что любимее? Всё интересно! Для меня, конечно. Даже въедливые критики копья не ломали.

– Но во всех твоих делах на первое место единодушно все ставят Василия Тёркина. В театральном музее Дома актёра хранится копия клавира с автографом композитора Анатолия Новикова. Напомнить? «Первому, самому лучшему Василию Тёркину. Тонкому, душевному, актёру «божьей милостью», настоящему таланту – с пожеланием «светить всегда, светить везде!»

– А я что говорю? «Светить – и никаких гвоздей!» А если очень серьёзно: эта оперетта-песня – прекрасная память о Великой Победе, о тысячах таких героев, вернувшихся с войны и сложивших там головы. И мои слёзы не от сентиментальности – от благодарности!

– Как сказал очень совестливый наш писатель Валентин Распутин, «человек начинается с благодарности…»

– Ну, спасибо, уважила! И Распутину спасибо – хорошо сказал. Моё поколение было по-настоящему благодарным. И свою страну мы любили – благодарно. Я же объездил её от края до края…

– И на Крайнем Севере был?

–На Диксоне.

– И на Камчатке?

– Нет, до Камчатки добраться не успел. Жалею…

– Значит, мне повезло больше. С рюкзаком проще… Или мы стали… стариками, ворчим – всё нам не так, или…

– Или! Пришли другие времена, а «времена не выбирают». Конечно, и в мире тревожно, и перестройка лихо перестроила-перекрутила и экономику, и культуру, и души людские. Мы-то – народ закалённый, а за молодёжь тревожно… Ну, да России не впервой в шторма попадать! Будем жить надеждой, верно?

– Юбилей народного артиста отметим в родном театре… Красивое получается открытие сезона – с бенефиса! К торжеству готов?

– Всегда готов! Хотя помню, когда со званием народного артиста поздравили омичи (театр был на гастролях в Казахстане), было такое чувство, что речь не обо мне, о ком-то другом. Меня тут же с новым званием и объявили. Я всегда волнуюсь на сцене, не веришь? Разволновался, как студент на экзамене, и как вызубренный на зубок концертный номер «Шимми» отработал – не помню… Звание обязывает… Именно так я этот факт понимаю…

– А что было волноваться, у артистов свои обереги есть…

– Да, есть. Я всегда стараюсь выйти на сцену с левой ноги, трижды крещусь. Вроде как помогает.

– Многих бывших омских артистов теперь можно увидеть на телеэкране… Как у нас с чувством зависти, ведь кино – это вся Россия и дальше…

– А никак! Я в кино дважды в молодые годы снялся в эпизодах – в популярном фильме про Ивана Бровкина и ещё в забытой киноленте «Прыжок на заре». С парашютом прыгал.

– Не показался кинорежиссёрам?

– Наверное, не суетился. Но когда смотрю фильм, кстати, очень хороший – «Живёт такой парень», вспоминаю, что мог бы сыграть Пашку Колокольникова – на роль утвердил сам Шукшин. Но шеф меня категорически «зарезал»: «Или учишься на моём курсе, или иди в кино сниматься!» Курс в театральном институте – как семья, много общей работы. И снялся Лёня Куравлёв!

– Представляю Котова в этой роли! Ничего!!! Это закономерный шаг – к режиссуре?

– Наверное, да! «А жажду жить не утолить…» Наверное, бес попутал, мне очень нравится процесс сочинительства. Стихов, шаржей, сценариев… Помнишь, какие «капустники» были в Доме актёра! И была ещё одна уважительная причина – репертуарный голод. Была и осталась. А я, к тому же, окончил Высшие режиссёрские курсы при ГИТИСе. Уже достойно сделал постановку грузинской музыкальной комедии «Ханума». Я же сам такие строчки написал: «Ведь надо жить зачем-то людям и вдохновение познать». С композитором Гоберником сладили музыкальную комедию по пьесе Льва Славина «Интервенция».

– Лиха беда – начало… Трудно быть сценаристом?

– Но интересно! Если бы первый блин признали очень плохим комом, может быть, я и остановился. А так – покоя нет. Замахнулся на Островского – «Без вины виноватые». Опять сладилось! Потом – «Любина роща» с композитором Владиславом Казениным, с которым у омского театра хороший «роман». Попытка что-то придумать на местном материале. Как чудно вписалась Любочка в облик Любинского проспекта – сидит себе на скамейке и радует нас! И наша «Любина роща» тоже вписалась в жизнь театра и Омска.

– А к судьбе «оклеветанного и оболганного» Александра Васильевича Колчака – интерес есть?

– Не только интерес имеется, но и либретто «Моя обожаемая Анна Васильевна». Композитора пока нет. В балетном варианте эту трагическую любовную историю не принимаю. Какой замах был у киношников – фильм «Адмирал», а что в итоге? Личность Колчака – это не только последние годы в роли Верховного правителя Сибири, человека, знающего, что он обречён на поражение, не только любовь к чужой жене! В кино-то можно было рискнуть на более сложный образ, материал благодатный, но… не случилось. У театра всего лишь пространство сцены. Но когда есть Любовь… Вдруг что-то получится? Когда-нибудь…

– Оптимистичный человек, Георгий Валерьянович, что даёт силы, всё же 70 не 50!

– Любовь к людям. Мне повезло – душа приняла Омск, как родной город! Мне повезло – я встретил мою жену Олю… Сына Сергея вырастил, он актёр в Челябинске. Внучка Соня уже взрослая барышня. Как там в песне: «Будут внуки потом, всё опять повторится сначала…»

– Значит, уже даже не сверхсрочник, а ветеран Василий Тёркин в отставку не собирается? Сам же говорил – трудно то, другое, третье…

– Да, проблемы. Не только Омска. Где они – новые Дунаевский, Милютин, Новиков? Ау, главные режиссёры! Оперетта – это не только канканы и куплеты! Музыкальный театр – это не только ретро… Классика была и остаётся во всём своём неповторимом очаровании. Кто-то должен…

– «Главный Тёркин Советского Союза» (не случайно названный Георгием!) должен в свой юбилей сказать главные слова! Принимай поздравления – и говори!

– А что? И скажу…

Будут плыть журавлиные стаи
Над моею любимой землёй…
Русь родная великою станет,
Ведь была же Россия такой!
Раз была – обязательно будет!
Жаль, что этого я не дождусь…
Но останутся русские люди
И великая матушка-Русь!

Беседу вела Виктория ЛУГОВСКАЯ







вверх страницы